«До сих пор снится, что иду на перехват»

А.А.ЛеоновСегодня вся страна отмечает День космонавтики. Для Альфа-Банка это праздник вдвойне — с нами работает легендарный человек, летчик и космонавт, Дважды Герой Советского Союза Алексей Архипович Леонов. К этой дате многие ведущие и мировые СМИ готовят интервью с Алексеем Архиповичем. В «Альфа-Навигаторе» в разное время также вышло много материалов, посвященных его космическому прошлому. А сегодня мы поговорили с ним о его летном прошлом.

Алексей Архипович, ваш летный стаж насчитывает 35 лет. Сколько типов летальных аппаратов вы освоили?

Это самолеты Як 11-ой и 18-ой моделей, МиГи 15-ой, 17-ой, 21-ой моделей; Ту-124, Ту-134; Ил-14; Л-29, Л-39; вертолеты Ми-4, Ми-8. Космические корабли: «Восток», «Восход», «Союз», американский корабль «Аполлон». Орбитальные станции «Салют», начиная с первой модели и заканчивая седьмой. Это моя летная работа, и на нее по сути потрачена вся жизнь.

С чего всё начиналось?

Впервые я сел за штурвал самолета в 19 лет. 7 января 1955 года состоялся мой первый полет с инструктором. А в мае, в 20 лет, я в первый раз вылетел самостоятельно.

Кто был вашим первым летным «учителем» — инструктором?

Мой инструктор, Николай Дмитриевич Прописвит, был участником войны. Когда в летное училище потребовались кадры, его пригласили как летчика-ветерана, хотя ему было немного в то время, лет тридцать пять, не больше. Первый инструктор для летчика — как второй отец, отношения складываются едва ли не теплее, чем с родителями. В группе Николая Дмитриевича нас было пять человек — пять курсантов Кременчугской летной школы, и к каждому он должен был найти свой подход. А, мы, молодые ребята, не задумывались тогда о нем — нам хотелось в небо. Конечно, он выполнял свои обязанности, выполнял безукоризненно, но мы его так нагружали! Если каждый из нас в день делал два полета, то ему приходилось делать пять-семь. Это тяжелейший физический труд.

А почему учебное заведение для летчиков называлось именно школой?

Концепция была такая — выявить у молодых людей склонности к определенному виду пилотирования. Существовала определенная методика, по которой можно было определить, кем лучше всего стать начинающему летчику — истребителем, бомбардировщиком, «транспортником», штурмовиком, или же уйти в вертолетчики. Далеко не все люди, которые поступают учиться и заканчивают теорию на отлично, дальше попадают на самолет. Можно отлично взлетать, но в любом полете главное — посадка. А посадить самолет может не каждый, это вопрос физиологических особенностей организма. Самолет несется над землей, а пилот смотрит на землю в боковое стекло, и определяет, чтобы расстояние до земли осталось в 10-15 см. Здесь нужно иметь чутье земли, а на вертолете этого не требуется.

Какой путь выбрали вы?

В 1955 году я закончил Кременчугскую летную школу и сразу сказал, что хочу быть летчиком-истребителем, хотя мой товарищ из Калининграда, с которым мы вместе выросли, звал в бомбардировщики. И меня отправили в Чугуевское училище летчиков-истребителей. Началась подготовка на Як-11, с двигателем мощностью 900 лошадиных сил. На нем же стоял прицел от реактивного самолета МиГ-15, крупнокалиберный пулемет. Этот самолет был «строгий» на взлете и на посадке, но он же давал возможность оттачивать технику пилотирования. На нем же мы оттачивали технику воздушных боёв — инструктор на одном самолете, курсант на другом. Сначала, конечно, побеждали инструкторы, но к концу обучения — и курсанты.

После того, как мы закончили программу Як-11, нас перевели на пилотаж самолета МиГ-15бис. Мы были первым выпуском, который летал на нем с «грунта», обычно летают с бетона. Это был боевой самолет, у него скорость 1045 км/ч, три пушки, в то время он был суперсовременным.

Чем вам запомнилась учебе в Чугуевске?

Я закончил училище в 1957 году, и за всё время учебы получил одну четверку — по марксистко-ленинской науке. В том году было 60-летие Жукова, министра обороны. И меня заставляли делать «ленинскую» комнату, а я отказывался, потому что шли государственные экзамены. Первый экзамен был по теории марксизма и ленинизма, мне профессор поставил «отлично», а потом, когда стали зачитывать результаты, вдруг сказали «хорошо». Оказалось, что к нам приезжал начальник политотдела, который сказал, что я начетчик и не знаю предмет на «отлично». Я подошел к командиру полка, объяснил, что это первая четверка за всё время, и попросил разрешения пересдать. К счастью, он отговорил меня связываться с политработниками, взамен пообещав, что я сам смогу выбрать место работы. Остальные экзамены — высший пилотаж с инструктором, стрельбу на полигоне по наземным целям — я выдержал на отлично. Из двадцати моих снарядов четырнадцать попали в цель, при норме «отлично» в шесть снарядов.

Где вы служили?

Я был направлен в боевой полк, в город Кременчуг, где я когда-то летал на самолете Як-18, где была первая летная школа. Там же стояла 10-я дивизия, охранявшая ДнепроГЭС и Кременчугскую ГЭС. Вот там я и дежурил, и до сих пор снится, как я иду на перехват американских фантомов. Тогда мы жили в постоянном ожидании войны с США. И еще один сон преследует меня. Я десять лет был командиром экипажа-спасателя, поэтому в любой момент должен был готов взлететь на космическом корабле. К счастью, этого не было, но до сих пор снится, что мне завтра лететь, и я говорю во сне: «Ну дайте мне хотя бы программу полета».

Как вы стали летчиком-испытателем?

Когда мне было 23 года, я попал в аварийную ситуацию в небе. Во время полета в сложных условиях высокой облачности, в самолете лопнула трубка гидросистемы, как потом выяснилось. Поэтому я не мог выпустить шасси, давление упало до нуля. А дальше отказали навигационные приборы в облаках. По идее я должен был катапультироваться, но на тех самолетах катапультировались на высоте не ниже 300-400 м. А эта высота была уже пройдена, на приборной панели загорелась лампочка, сообщающая, что начался пожар двигателя. Я выключил его и посадил самолет без двигателя. Эта история попала в бюллетень, и когда к нам приехал специалист из главного штаба отбирать в школу летчиков-испытателей, ему рассказали про меня. Он предложил мне школу летчиков-испытателей, и я выдержал конкурс.

А потом предложили следующую ступень — стать космонавтом. Я слышал про них, но не знал точно, и спросил, что это такое. Мне ответили, что никто не знает, вы и будете нам потом рассказывать. Так я попал в Отряд космонавтов и начал осваивать космос.

А когда вы совершили свой последний полет?

В 1990 году, на Ту-134 я отвез на космодром Байконур экипаж космического корабля. Это был последний раз, когда я пилотировал самолет. Итак, 40 лет из жизни я отдал армии. За это я получил пенсию в размере цены бутылки водки и ценный подарок — бинокль. Потом меня нашел человек, который работал с Сергеем Павловичем Королевым — Александр Маркович Файн, и пригласил работать в «Альфу», где вместе с Андреем Косоговым мы создали фонд «Альфа-Капитал». Так начался следующий этап моей жизни — в «Альфе».

«Альфа-Навигатор»

Оставить ответ

Вы можете использовать эти HTML тэги

<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

  

  

  

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru